Том 11. Глава 6 – Любимая кукла 1

Часть 1

Поезд, на котором ехали Райшин и Эдмунд, наконец прибыл в Лондон.

— Ты ведь понимаешь, что назад пути уже нет? — со смешком спросил принц.

Он практически видел Райшина насквозь, ведь юношу мучила совесть. Фактически поезд, в котором находились сотни пассажиров, был взят под контроль настоящим безумцем. Даже если бы на пути воздвигли баррикаду, он всё равно бы не остановился, а жизнь заложников подверглась бы бессмысленному риску.

Эдмунд вальяжно сидел на своём прежнем месте – в вагоне, где отсутствовала стена, ставшем последним в составе. Райшин стоял в коридоре, прислонившись к целой стене, а рядом с ним, обняв колени, сидела Комурасаки. С того момента, как они объединились с Эдмундом, оба не могли расслабиться ни на секунду: за ними в любой момент могли явиться преследователи.

— Не будь таким пессимистом, — заговорил принц, взглянув на хмурого Райшина. — Я позабочусь о том, чтобы ты встретился с Карюсай.

— И в чём подвох?.. — недоверчиво спросил тот.

— Ну почему же сразу подвох? Я человек справедливый и хочу быть с вами предельно искренним.

— Тьфу, меня сейчас вырвет.

— Да как вы смеете относиться к своему королю без уважения?! — с возмущением вдруг вошла в вагон девушка. — Ваше превосходительство, пожалуйста, позвольте мне избавиться от этого отребья!

Взглянув на неё, Райшин и Комурасаки обомлели. Форма её глаз, изящный маленький нос, длина ресниц, рост и пропорции тела – она обладала поразительным сходством с куклами «Сецугецука», созданными Карюсай. «Неужели... Оборофуджи?!..» – вспомнил Райшин, не веря своим глазам.

В отличии от тех же «Сецугецука», вместо кимоно девушка была облачена в тёмный боевой костюм, похожий на тот, что как-то надевала Шарл – разве что он был открыт в области живота.

Оборофуджи угрожающе приблизилась к Райшину, но тут Эдмунд бросил в неё свой ботинок:

— Закройся, мусор. Или хочешь, чтобы от тебя избавились в первую очередь?

— Обувь его превосходительства... Как же приятно!.. — девушка прижала подобранный ботинок к груди, словно бесценное сокровище.

Эдмунд встал, врезал ей по голове и вернул себе обувь:

— Какого чёрта ты вообще здесь делаешь, дура? Иди и проверь, что там с командой «Наследия» и машинным отделением.

Не обращая внимания на его жестокое отношение, Оборофуджи почтительно протянула ему бутылку:

— Я принесла Вам горячий чай. Пожалуйста, угощайтесь.

— Ага.

— Если пожелаете, я могу Вам подарить и тепло своего тела.

Девушка ни с того ни с сего сняла с себя верх. Райшин и Комурасаки опешили от неожиданности, но Эдмунд отпихнул её ногой от себя так, будто давно уже к этому привык:

— Свали уже отсюда, Седьмая. Нереально бесишь.

— Бешу?!..

— Седьмая?.. — невольно вырвалось у Райшина.

Эдмунд, обратив внимание на его реакцию, ухмыльнулся:

— Что, вы знакомы, что ли?

— Нет, ваше превосходительство. В моей памяти нет ни единой записи об этом отбросе, — тут же возразила Оборофуджи.

Райшин не стал придавать значения её оскорблениям и спросил принца:

— Что она здесь делает? Откуда она у тебя вообще?

— Закрой свою пасть, ничтожество! — вновь вмешалась Оборофуджи. — Не смей говорить с его превосходительством без уважения!

Во взгляде, который бросила на Райшина девушка, не было ни следа каких-либо эмоций, что делало её похожей на бездушную машину, коей она и являлась:

— Я – личная охрана его превосходительства. И в мои обязанности также входит уход за его нижней...

— Потеряйся уже, дура, — оборвал её Эдмунд ударом ноги.

Девушка вылетела из купе, но, поднявшись, вернулась обратно со слезами на глазах:

— Пожалуйста, простите меня, ваше превосходительство! Просто я не в силах противиться своим желаниям!

— Она... Похожа на сестрёнку Яю... — прошептала Райшину Комурасаки.

Эдмунд тоже услышал её слова и лишь пожал плечами:

— Она такая не по моей прихоти. Видимо, та бабка, «Золотая роза», над ней хорошенько поработала.

— Так «Золотая роза» жива?.. — удивился Райшин, помня, как ему рассказывали, что её убил Локи.

— Да, она сейчас с Карюсай, — подтвердил Эдмунд. — Вчерашняя битва стала настоящим шедевром. Ты с «Императором меча» прославился, а Мудрец и ведьма оказались вынуждены отступить, едва живые и кипящие от ярости. Меня бы хоть пожалели, ведь именно мне приходится перед ними пай-мальчика строить.

— Как будто ты стал бы перед кем-то пресмыкаться... — с сомнением произнёс Райшин.

Эдмунд отпил из принесённой Оборофуджи бутылки:

— Тем не менее вчерашний фарс не прошёл даром. Благодаря ему я смог обзавестись несколькими фигурами.

— Фигурами?..

— Седьмая, Икар, ты и я. У меня есть ещё шесть человек и шесть «легендарных» автоматонов. Наш враг – третье «Подразделение Машинарта», состоящее из тридцати тысяч солдат. Каким бы смешным это ни казалось, я думаю, что шансы у нас всё же есть – просто всё зависит от способа действий. Мы уничтожим главаря этих предателей, разорвём связи с «Ассоциацией», и тогда придёт расцвет Британской Империи.

Хоть Эдмунд и оставался в глазах Райшина таким же безумцем, как и раньше, принц всё равно был нужен ему, чтобы хотя бы попасть во дворец, ведь без Шоко ему не спасти Яю. Тем не менее победа Эдмунда в данном противостоянии предвещала серьёзные перемены для Великобритании.

«Может, стоит... Прикончить его прямо здесь?..» – возникла мысль в голове Райшина. Сидящий перед ним парень, что сейчас наслаждался чаем, мог стать причиной начала мировой войны. Учитывая, что Икар находился в головном вагоне, а поблизости была только Оборофуджи, Райшин думал, что ему вполне это удастся.

«Может быть, его голова поможет мне договориться с «Ассоциацией»?..» – он обдумывал вариант попросить «Ассоциацию» простить совершённые Шоко нарушения общепризнанных правил и законов магического мира, отдав им голову Эдмунда, но вскоре отмёл эту мысль – он не знал, как может отреагировать «Ассоциация», не говоря уже о самой Шоко. Если Шоко присоединилась к «Братству» по собственной воле, что бы там ни решила «Ассоциация», она всё равно откажется возвращаться, что обречёт Яю на смерть. В итоге перед Райшином стояла дилемма: он должен был предотвратить возможное начало мировой войны, но в то же время хотел спасти свою напарницу.

Глядя на потемневшее небо, Эдмунд тихо произнёс:

— Уже скоро мы его увидим, — кивнул он по направлению движения поезда.

Райшин выглянул наружу через дыру в стене вагона. Там, проехав сельскохозяйственные угодья, уже виднелся пригород, чьи огни сверкали в ночной темноте.

— Лондон, столица Британии и мой дом, будет виден, когда мы проедем пригород.

— Армия, насколько я понимаю, уже заняла Букингемский дворец. И как ты планируешь его вернуть? — поинтересовался юноша.

— Просто ворвёмся через главный вход и захватим, — ответил ему парень, словно ничего сложного в этом нет. — Я прикончу их лидера. После этого на сцену выйдут мои союзники. Если получится добиться одобрения парламента, со всем остальным я справлюсь.

Райшин не понимал, чем обоснована его уверенность, но углубляться в подробности не стал.

— Короче, просто помалкивай и следуй за мной. Это будет единственным верным решением с твоей стороны, потому что я всегда прав.

Эдмунд, на чьём лице играла циничная улыбка, встал и бросил пустую бутылку Оборофуджи:

— Седьмая, передай тем, кто впереди, чтобы не щадили никого, кто посмеет встать на нашем пути.

— Поняла. Необходимо раздвинуть ноги, чтобы ничего не мешало?

— Да, примерно вот так! — Эдмунд отвесил Оборофуджи пинок в сторону машинного отделения.

— Ай-яй-яй, м-мои бёдра не выдержат такого напора!

Не обращая внимания на комментарии девушки, Эдмунд выпрямился и, смеясь, заявил:

— Ваш король вернулся!

*********

В результате обрушившегося около недели назад на Лондон метеоритного дождя город погрузился в хаос. Благодаря слаженным действиям военных, полиции и пожарных число пострадавших было сведено к минимуму.

И вот, когда работы по восстановлению города шли своим чередом, а жизнь стала возвращаться в привычное русло, ночью в самое сердце Лондона на бешеной скорости ворвался поезд. В попытке остановить локомотив по нему открыли шквальный огонь, но это оказалось бесполезно – пули не могли преодолеть искажение пространства Икара, пролетая мимо цели. Тогда же вторженцы перешли в контрнаступление: военную технику одну за другой охватывало пламя, а защищавшиеся солдаты гибли вместе с ней.

Находящиеся внутри мчавшегося поезда пассажиры не могли сделать ничего, кроме как молиться. Слыша их, Райшин в раскаянии тихо сказал Комурасаки:

— Прости, Комурасаки, что втянул тебя во всё это...

Увидев, как он начал падать духом, девочка со злости стала стучать по его груди кулачками:

— Я ведь... Боюсь драться! Я не могу сравниться со старшими сёстрами. Моя магия годится разве что только для игры в прятки... Мне не хватить смелости уничтожить вражеского автоматона. И то, что я могу сейчас стоять без дрожи и даже готова к бою – всё это благодаря тебе, Райшин! — искренне призналась она. — Ведь именно ты, Райшин, научил меня сражаться. Поэтому не извиняйся... Давай сделаем всё возможное вместе!

Её лучезарная милая улыбка развеяла терзавшие Райшина сомнения:

— Да!

Юноша всем сердцем хотел спасти Яю и готов был ради этого даже заключить сделку с самим дьяволом. А искупить свою вину он мог и после.

— Сейчас нас немного тряхнёт! Всем приготовиться!

Сразу же после предупреждения Эдмунда поезд резко дёрнулся. Его колёса съехали с рельсов, и он, разбивая шпалы в щепки, стал скрести землю, снеся ограждение и ворвавшись на городские улицы. Поезд грозился перевернуться, но всё же смог удержать равновесие и, постепенно теряя скорость, в конце концов остановился, предварительно снеся пару лавок.

— Сходим. Теперь нам прямая дорога в Букингемский дворец, — Эдмунд вышел из вагона и направился в сторону дворца.

Райшин поспешил передать Комурасаки магическую энергию, и магия «Яэгасуми» скрыла из виду двух парней и двух кукол «Карюсай».

— О? Чего это ты? — удивился Эдмунд. — Даже на нас заклинание наложил?

— Так мы сможем избежать бессмысленных убийств.

— Бессмысленных, говоришь? Глупости, — ответил ему принц, не скрывая своего разочарования. — В этом мире нет такого понятия как «бессмысленные убийства». Люди всё равно умрут независимо от того, сделаю я для этого что-то или нет.

Он кивнул в сторону города, где уже разгорелась битва. Вместе с Икаром там бесчинствовали ещё шесть автоматонов. Их кукловодов Райшин не видел, но зато ощущал там скопление магической энергии, свидетельствующей о том, что эти люди приняли «Астрею».

Их автоматоны крушили баррикады, уничтожали доты и сносили попадавшихся на пути солдат, чьё оружие оказалось бессильно против них. Сами же автоматоны разительно отличались внешне от простых моделей, что производились массово: кто-то обладал гуманоидным видом, кто-то – звериным, кто-то – птичьим. Однако всех их объединял уникальный дизайн, имеющий сильное сходство с антикварным.

— Этих красавцев мне удалось раздобыть по пути в Механический город, — гордо произнёс Эдмунд. — Справа налево: Агарес, Амон, Асмодей, Мархосиас, Мурмур и Белиал – автоматоны, которых Райкконену удалось извлечь из «Лемегетона».

— «Лемегетона»?.. Гримуара директора?

— За простое открытие этой книги шесть человек распрощались со своей жизнью. Ну и мерзкий же этот старикашка, честное слово.

Услышав это, Комурасаки невольно прикрыла рот ладонями, а Райшин почувствовал отвращение. Он понял, что Райкконен занял пост директора отчасти ради того, чтобы украсть гримуар.

— Считай это небольшим уроком, — сказал Эдмунд, внезапно приняв серьёзный вид. — Отступления и поражения могут быть так же ценны, как и победа. Если оказался вынужден отступить, то рассчитывай обрести взамен что-то, что сполна окупит твой поступок. Таков долг короля.

— Рассуждаешь ты как важный военачальник, а поступаешь как простой бандит. Королю не пристало что-то красть.

— Концепция захвата мира с помощью украденного у богов оружия стара, как и мифы о ней. И всё же старым богам пора сойти со сцены, — ответил ему с ухмылкой Эдмунд.

У Райшина в этот момент возникло такое чувство, будто он только что коснулся чего-то, что скрыто глубоко в сердце принца.

— Ну что ж, здесь мы разделимся. Седьмая, ты остаёшься с остальными. А я вместе с Райшином пойду через парадный вход.

— Я возражаю, ваше превосходительство! Это очень опрометчивое решение! — Оборофуджи со слезами на глазах упала на колени. — Этот человек непременно Вас предаст! Вы только взгляните на его лицо! По нему сразу видно, какой он сомнительный тип и бабник с маленьким дружком!

— Да что ты несёшь?! — выпалил Райшин, не в силах больше терпеть оскорбления в свой адрес.

— Пожалуйста, возьмите с собой преданного Вам союзника! А ещё лучше будет, если с Вами пойду только я!

Райшин думал, что Эдмунд проигнорирует её и просто пойдёт дальше, но тот, тяжело вздохнув, неохотно кивнул:

— Если её так оставить, она что-нибудь натворит. Будь на виду.

Лицо Оборофуджи посветлело, и она увязалась следом за Эдмундом, как утёнок. Райшин, помедлив, пошёл за ними вместе с Комурасаки.

Они уверенно продвигались вперёд, избегая столкновений с обороняющимися, и вскоре достигли большого сада, находящегося в непосредственной близости от Букингемского дворца. В саду также было полно солдат противника, как и везде вокруг дворца.

Эдмунд остановился и окинул их усталым взглядом:

— Как же бесит. Здесь ещё и барьер обнаружения начинается. Пробраться туда незамеченными будет очень непросто.

— Что тогда будем делать? — задал закономерный вопрос юноша.

— Забыл, что ли? Это ведь мой дворец. Я просто, как ни в чём не бывало, пройду через главный вход.

Принц прошёл вперёд. В ту же секунду парня засёк барьер, и его маскировка оказалась снята. Эдмунд быстро оказался под лучами прожекторов, и в его сторону полетели пули. Однако с активацией магцепи Оборофуджи все эти пули зависли в воздухе.

Эдмунд достал из-за пазухи небольшой бутылёк с изумрудной жидкостью, извлёк пробку и выпил содержимое. Из его тела тут же вырвалось огромное количество магической энергии, которую он передал Оборофуджи. Пули, что остановились по её воле, устремились назад, будто она отмотала время назад, и поразили стрелявших солдат. Воспользовавшись возникшим замешательством со стороны противника, Оборофуджи ворвалась в центр сада, голыми руками разрубая на своём пути автоматонов. Поскольку защищавшийся отряд состоял преимущественно из обыкновенных стрелков и в нём практически не было магов, они оказались бессильны против Оборофуджи. Кроме того, их с тыла атаковали Райшин и Комурасаки.

Вскоре сопротивление было подавлено, и вся четвёрка оказалась перед главным входом дворца. Водя внутрь, Райшин поразился встретившей его там роскоши: всё, включая даже перила и дверные ручки, было сделано из ценных металлов. Он даже на секунду забыл, что находится на вражеской территории:

— Какая же... Пустая растрата...

— С чего бы пустая? Наш дворец должен защищать нас, быть предметом гордости и олицетворять власть – он определяет величие всей нации. Только отсталые страны могут позволить себе игнорировать подобные вещи.

Райшин на секунду подумал, как бы это место понравилось бы Яе, но тут же отмёл эту мысль и проследовал дальше за Эдмундом. Внутри дворца охрана была не такой бдительной, как снаружи, поэтому их продвижению никто не мешал. Всё шло настолько гладко, что Райшину стало не по себе.

В конце концов они вышли в просторный зал, с богато украшенного потолка которого свисали роскошные люстры. Отвлечённые великолепием внутреннего убранства, они не заметили, как пересекли очередной барьер обнаружения, расположенного внутри, который развеял эффект «Яэгасуми».

— Добро пожаловать, незваные гости, — поприветствовала их женщина в пышном платье, вошедшая в зал с другой стороны.

Всё её тело ниже головы целиком состояло из металла, как у автоматона. Тем не менее обнаружить управлявшего ей кукловода Райшину не удалось. Это дало ему понять, что женщина двигалась самостоятельно, а не находилась под чьим-то контролем.

— Очень прискорбно, что наше воссоединение вышло таким, Эдди, — с улыбкой посмотрела она на Эдмунда.

— Согласен, мачеха, — с ухмылкой ответил принц.

Часть 2

Когда Локи улетел прочь на своём мече, Хейзел в раздражении цыкнула языком и перевела взгляд на Фрей:

— У тебя есть план победить меня? Что-то не верится.

Фрей ничего не ответила, лишь молча мерила её взглядом.

— Естественно, у тебя его нет, — стала насмехаться над ней Хейзел. — Ты же слабачка. И выбрали тебя только потому, что «Гармы» к тебе привязались.

Своими словами она развеяла всякие сомнения касательно принадлежности к «D-Works». Фрей не хотелось убивать её. Она была уверена, что Хейзел пришлось через многое пройти, как и всем остальным таким же детям.

Фрей бросила взгляд в сторону, где безвольно лежала сражённая мечом Ривьера с вывалившимся наружу языком. Девушка продолжала надеяться, что её ещё можно спасти.

— У тебя есть время отвлекаться? — угрожающе произнесла Хейзел, возвращая к себе внимание Фрей. — Не нравится мне, как ты меня недооцениваешь.

— У-у-у, прости.

— Бесишь. Зачем ты осталась, когда у тебя нет шансов на победу? Надо было объединиться с «Императором меча», как он тебе и говорил.

— У-у-у... Ты всё не так поняла.

— И что именно?

— Я могу победить. Ведь я всё-таки старшая сестра Локи.

Не сводя глаз с Хейзел, Фрей закатала рукава своей блузки:

— Раби!

Гавкнув, волкопёс укусил хозяйку за запястье, пустив ей кровь.

— То же самое ты делала и в бою против команды Ольги. — нахмурилась Хейзел. — Что ты задумала?

— Разгон сердца. Ты ведь так не можешь, правильно? — с улыбкой ответила Фрей.

Она была рада тому, что у неё в самом деле был шанс победить в этом бою.

В поединке с Дороти, являвшейся членом Круга, Фрей пришлось прибегнуть к этой силе. Сейчас у неё также не оставалось выбора, ведь её оппонент владел заклинанием, способным подчинить своей воле даже Локи.

От кровопотери её давление постепенно падало, отчего к Фрей подступила тошнота. Но она собрала всю свою волю в кулак и терпела.

Райшин и Яя... Много раз помогали нам!.. Благодаря им мы с братом теперь понимаем друг друга и можем проводить время вместе. Поэтому, даже если погибну я или кто-то из моей семьи, я не могу допустить, чтобы Вечер Мудреца закончился для них сейчас!..

С помощью своего механического сердца Фрей преобразовывала кровь в магическую энергию. Её количество возросло настолько, что вокруг них стало светло как средь бела дня. Осознав всю опасность, Хейзел взяла на изготовку свой тёмный клинок и выкрикнула:

— Внемли воле своего повелителя-отца... Ты убьёшь своих собак!

Фрей, что никогда прежде не сталкивалась с магией контроля разума, почувствовала сильное желание исполнить приказ. Она не знала принципа работы данного заклинания и его условия применения, но сейчас она могла противопоставить ему свой колоссальный объём магической энергии. Её механическое сердце вышло из-под контроля, стремительно преобразуя особую кровь «Обещанного дитя» в энергию, и нахлынувшее на Фрей желание постепенно отступило.

— Мой «Королевский указ» не подействовал?!.. — воскликнула Хейзел, не веря в происходящее.

Прока её противник находился в смятении, Фрей передала магическую энергию каждой из своих собак. «Локи, ты должен поладить с Райшином...» – с улыбкой подумала она и активировала магцепь «Соник» на всех «Гармах». Собаки завыли и выстрелили звуковыми снарядами, которые, двигаясь в сторону Хейзел, слились в один большой снаряд, и тот, разрыхляя под собой землю, поглотил тело девушки целиком.

*********

Как только с драконом было покончено, «Подразделение Машинарта» приступило к штурму академии. Меньше чем за десять минут вся её территория оказалась под контролем военных: четыре тысячи солдат равномерно распределились между резиденцией директора и всеми корпусами, после чего приступили к пересчёту персонала и учеников, обыску всех строений и оказанию помощи раненым.

Глория шла по территории академии, пока не добралась до лежащей на разрыхлённой земле ученицы, чтобы была вся в крови:

— «Обещанное дитя»...

При более внимательном осмотре, она обратила внимание, что у девушки не было серьёзных ран, но при этом не осталось ни капли магической энергии – вся она ушла на защиту от атаки, которая привела её в такое состояние. «Хейзел... Кому-то удалось тебя сразить?..» – с некоторым удивлением подумала женщина. Заметив, что пальцы, сжимавшие рукоять тёмного меча, слегка дёрнулись, Глория приподняла её руку и позвала подчинённых:

— Эта девушка ещё жива. Позаботьтесь о ней.

— Вас понял. К слову, там ещё одна, — указал вдаль сопровождавший королеву офицер.

На некотором расстоянии рядом с уличным фонарём сидела другая девушка в окружении множества собак-автоматонов, которые принюхивались к своей хозяйке. У пса, что был похож внешне скорее на волка, казалось, кончилось терпение: он положил переднюю лапу на плечо девушки, прижался к ней мордой и лизнул щёку. Пусть он и сделал это осторожно, тело девушки наклонилось и с тяжёлым стуком рухнуло в лужу собственной крови. Вскоре собаки, будто бы больше не в силах сдерживаться, завыли, в то время как девушка продолжала лежать на земле, не подавая никаких признаков жизни.

Офицер вытянулся во весь рост, пытаясь получше разглядеть обстановку:

— Эти собаки только хуже делают. Нужно ли попытаться провести реанимацию?

— Оставим всё как есть, — недолго думая, ответила Глория. — Позже согласуем с академией возвращение тела.

— Вас понял.

— Где дракон?

— Я отведу Вас к нему.

Офицер зашагал в сторону главной дороги академии, где отряд эскорта королевы караулил дракона, который уменьшился до размеров простой птицы и был помещён в клетку.

— Хорошая битва получилась. Меньшего от Белью ждать и не стоило – не дрогнула даже перед «Подразделением Машинарта» и дала отпор, — Глория с улыбкой окинула взглядом разрушенные улицы и пострадавшие здания за пределами академии. — Однако вы оказались слишком наивными. Вам ничего не удастся защитить, если не способны убить даже одного солдата.

После атак Зигмунда многие солдаты были ранены, а автоматоны – повреждены, однако никто не погиб. Даже у всех выведенных из строя автоматонов «Сердца Евы» остались невредимы.

— Разве я неправа, дракон? — спросила Глория, глядя на раненого дракончика в клетке.

Дракончик же не двигался – он был насильно погружён в сон, а его магическую энергию запечатали.

— Хм... Он же настоящий, верно? — спросила она одного из караульных.

Тот достал нож и неглубоко вонзил в его маленькое тело:

— Как Вы сами можете убедиться, это не иллюзия и не подделка.

Капающая с лезвия кровь оказалась достаточно убедительным доказательством для Глории:

— Прекрасно. И всё же это собственность Британии, — она окинула взглядом всех присутствующих солдат. — Дерзости я не потерплю. Относитесь к нему бережно и со всем уважением.

— Так точно!

Удовлетворённая их ответом женщина посмотрела на академию. Никто более не оказывал никакого сопротивления, а ученики покорно исполняли все указания её людей в каждом здании на территории академии. Не в силах сдержать улыбки, женщина прикрыла рот рукой:

— Вот и всё, на что способна знаменитая академия... — Глория перевела взгляд на юг, где располагался Лондон. — Что ж, тогда пора бы избавиться и от нашего мятежника.

Часть 3

«Так, значит, та старуха всё-таки явилась по мою душу», – усмехнулся про себя Эдмунд, глядя на механическую женщину.

Этот автоматон носил имя Эгида и являлся частью коллекции его мачехи. Эдмунд был пешкой в руках «Золотой розы», в то время как мачеха занимала место «Серебряной розы». Пусть они и были лидерами «Братства», это не означало, что они союзники. Именно поэтому они и вели переговоры на встречах, чтобы достичь компромисса в своих конфликтующих друг с другом интересах. По факту Эдмунд для «Серебряной розы» являлся не более чем мятежником, от которого следует избавиться.

— Эй, тупой принц, — шёпотом обратился к нему Райшин. — Что это за кукла? Я чувствую в ней какую-то силу... Но она не запретная. Да и кукловода я поблизости не обнаружил.

— Одно из любимых творений мачехи, которая без ума от оружия. Вроде бы она даже стала тайком создавать что-то на его основе... И да, кукловод у него есть, просто сейчас он не здесь.

— Не здесь? А где тогда? Хочешь сказать, эта кукла получает магическую энергию откуда-то за пределами дворца?

— Для «тени» ведьмы расстояние не имеет значения. При определённых условиях она может управлять автоматоном хоть с другого конца света.

Не зная, о какой такой тени идёт речь, Райшин приподнял бровь. Эдмунд же не стал ничего объяснять и заговорил непосредственно с женщиной-автоматоном:

— Как поживаешь? А то мы давненько не виделись.

— Хм-м-м... Как наглый мальчишка, — с ухмылкой проговорила кукла. — Пусть ты и наследный принц, а я – твоя мать, закрыть глаза на убийство короля Великобритании и государственную измену я не могу.

— Да тебе и не нужно. Правителем достоин называться лишь тот, кто способен забрать трон одной лишь силой.

— Король царствует, но не правит. Ты решил отказаться от данной традиции?

— И это я слышу от женщины, которая предусмотрительно взяла на себя роль генерала, — парировал Эдмунд.

— Слушай, тупой принц. Может потом займёшься своими семейными разборками? Я тут спешу, — вмешался Райшин.

Кукла перевела взгляд своих рубиновых глаз на него:

— Какое нахальство... Так это и есть тот самый Райшин Акабанэ?..

— Всё ты знаешь, — хмыкнул принц. — Да, это тот самый парень, что помешал моему захвату Механического города, испугал Мудреца Райкконена, а ещё тот, кто растопчет твою гордость.

Услышав его заявление, Райшин косо посмотрел на Эдмунда:

— Так нам её просто отметелить надо?

— Именно это я и сказал.

Райшин тут же протянул к Комурасаки одну нить магической энергии и привёл в действие её «Яэгасуми». Он намеревался воспользоваться элементом неожиданности, напав на женщину-автоматона из маскировки, но возле неё вдруг возник мощный барьер, который развеял эффект «Яэгасуми», когда Райшин и Комурасаки оказались прямо перед куклой.

— Как глупо, — надменно проронила женщина с улыбкой.

Она указала на них пальцем, и их обоих отшвырнуло в разные стороны. Райшин врезался в левую стену и рухнул на пол.

— Стреляйте.

По её команде из стены напротив него сразу загрохотали выстрелы – скрытый магией отряд стрелял из восьми орудий Гатлинга и винтовок по Райшину. Эдмунд попытался передать магическую энергию Оборофуджи, чтобы та защитила Райшина, но что-то мешало ему это сделать. Так как между ними не было той связи, какую имел Райшин и куклы «Сецугецука», Оборофуджи не узнала об истинных намерениях Эдмунда, поэтому с помощью своей магцепи защищала только себя и его.

Райшин смог скрыться вместе с Комурасаки, вновь активировав «Яэгасуми», но стрелки палили во всех возможных направлениях, полагаясь на удачу. Вскоре женщина-автоматон подняла руку, и стрельба прекратилась. Несмотря на стоящий в ушах звон, Эдмунд кое-как расслышал голос Глории:

— Каков глупец. Он слишком сильно полагался на ясновидение и «Всевидящее око», вот и не заметил замаскированную стену.

Мачеха Эдмунда была без ума от оружия, но наибольший у неё интерес вызвал автоматон, оснащённый примитивной, но при этом крайне опасной при определённой сноровке магцепью «Магическое сопротивление». Он была способна не только выдерживать попадания пуль, но и мешать передаче магической энергии. Её действие также препятствовало обнаружению с помощью ясновидения и «Всевидящего ока».

Поскольку Райшин и Комурасаки до сих пор были скрыты «Яэгасуми», Эдмунд нигде не видел их тел. Женщина же, несмотря на это, уже праздновала свою победу:

— Планы глупца легко разгадать. Я с самого начала знала, что он бросится в безрассудную атаку. Как и то, что он может лишить оппонента возможности использовать заклинания и прикрываться иллюзиями.

— Меньшего от выпускницы военной академии ожидать и не стоило. Неудивительно, что ты стоишь во главе «Подразделения Машинарта». То, как ты, теша своё высокомерие, играешь с остальными... Меня от этого коробит, — ухмыляясь, поделился своим мнением принц.

— О-о-о? Завидуешь? Или, может быть, презираешь подобных тебе людей? — сказала женщина, не скрывая своей радости. — Какая жалость, Эдди. Вот так просто потерял свой ценную пешку... Ну, что будешь делать дальше? Драться сам?

В этот момент стрелки нацелили своё оружие на Эдмунда.

— «Аманотачикара*» Оборофуджи бесполезна против защиты Эгиды, — продолжила Глория говорить устами куклы. — Оставь своё бессмысленное сопротивление. От тебя живого больше пользы как от рычага воздействия на «Золотую розу».

— Будто бы бабке есть до меня дело. Позволь-ка кое-что тебе сказать. Всё это было тщетно.

— Тщетно?

— Мой Райшин не только смог выстоять против убийц «Братства», но уже может даже тягаться с членами «Пепельного креста». Какому-то пушечному мясу, не являющемуся магами, и их второсортному командиру его не одолеть.

— Второсортному?.. — ахнула оскорблённая женщина.

— Что? — продолжил провоцировать её Эдмунд. — А ты себя первоклассной считала? Не смеши!

— Ах ты, наглец!..

Когда женщина стала закипать от гнева, в этот момент её по лицу полоснул короткий клинок Комурасаки. Несмотря на неожиданность атаки, Глория всё же успела возвести защитный барьер, поэтому на лице куклы остался лишь неглубокий порез. От осознания того, что враг всё ещё был жив, солдаты встревожились. Эдмунд, глядя всю эту нелепую ситуацию, рассмеялся:

— Пришла пора для нашего ответного удара. Я уже прямо-таки чую твой страх!

— Огонь! Стреляйте! — выкрикнула Глория.

Снова зазвучала канонада выстрелов. Вдруг одна из пуль полетела в сторону женщины-автоматона. В панике стрелок отвёл прицел, но в итоге все выстрелы оказались направлены в сторону куклы – то же самое касалось всех остальных бойцов, оказавшихся обманутыми иллюзией «Яэгасуми». Вместе с этим защита Эгиды оказалась снята пробившимися сквозь неё нитями «Коёкуджина». Женщина-автоматон оказалась под шквальным огнём всех орудий, и, не успев приказать остановиться, с улыбкой на лице перестала функционировать и упала на пол.

— Да уж, — усмехнулся Эдмунд, подходя к кукле. — Если бы она сказала, что не признает поражение, выглядела бы милее.

Пнув автоматона по лицу, он, улыбаясь, повернулся к солдатам:

— Ну что ж, теперь и с вами пора разобраться.

Волосы Оборофуджи вздыбились, а её магцепь «Аманотачикара» пришла в действие. Манипулируя гравитацией, она разрывала плоть солдат и, сминая, скручивала их оружие. Человеческие тела буквально лопались, заполняя всё помещение тяжёлым запахом крови.

Взявшийся из ниоткуда Райшин схватил Эдмунда за воротник:

— Ублюдок!..

— Да как ты смеешь поднимать руку на его превосходительство, червь!

Пришедшая в ярость Оборофуджи уже намеревалась разорвать на части и Райшина, но Эдмунд остановил её, взяв под контроль, и спросил с неизменной улыбкой, не пытаясь высвободиться из его хватки:

— В чём дело, Райшин? Чего ты так злишься? Тебя кто-то обидел?

— Зачем ты убил их?! Устроил здесь... Настоящую резню!

— Ну и ну... Твоя дурость бывает занимательна, но это уже перебор, — он убрал от себя руки Райшина и произнёс. — Убить их всех – вполне очевидное и разумное решение. Оставлять в живых тех, кто направляет на меня оружие – значит, нажить себе неприятностей в будущем. От них всё равно никакого толку бы не было. Просто мелкие сошки, которые даже царапины на нас оставить не способны.

Эдмунд пнул медленно подкатившуюся к его ногам чью-то голову прочь от себя, после чего толкнул в грудь остолбеневшего Райшина и холодно добавил:

— Не пойми меня неправильно. Я взял тебя с собой только потому, что ты действительно чего-то да стоишь. И теперь, если всё понял, больше никогда не задавай таких глупых вопросов.

— Вы так восхитительны, выше превосходительство! Я аж вся намокла! — воскликнула Оборофуджи.

— Отвали. От тебя воняет.

— Воняет?!..

Оставив готовую расплакаться Оборофуджи позади, Эдмунд прошёл дальше по залу. Райшин же не последовал за ним. Их разговор напомнил юноше, с каким человеком он решил объединиться.

Заметив, что тот до сих пор стоит в образовавшейся на полу луже крови, Эдмунд обратился к нему:

— Чего стоишь, Райшин? Нам ещё трон возвращать.

— Где находится Шоко?.. — спросил Райшин суровым голосом.

— Что это ты вдруг? Уже хочешь пойти своим путём?

Какое-то время они испытующе глядели друг на друга, пока Эдмунд в конце концов не сдался:

— Даже если я попытаюсь тебя остановить, ты всё равно будешь действовать по-своему... Ладно, уговорил, — он указал пальцем на пол. — Спускайся вниз. Глубоко под землёй находится часовня, построенная Кровавой Мэри.

— Она там? Почему же никто из захвативших дворец или «Нектара» до сих пор туда не попал?

— Потому что не могут. Ведь для этого нужен ключ. Я же тебе его давал, помнишь?

Райшин на мгновение удивился, а после полез в нагрудный карман, где он нащупал взятое с собой золотое кольцо.

Часть 4

Комурасаки и Райшин вместе бежали по алому ковру дворца. В груди девочки всё сжималось от ужаса, который она увидела в зале. Ей хотелось прижаться к Райшину, дав волю слезам, но девочка не могла себе такого позволить, потому что так она бы только стала помехой юноше.

Солдаты в панике метались по дворцу, что привлекло внимание тех, кто находился в саду. От огромного числа людей даже в просторном дворце стало тесно, но благодаря невидимости «Яэгасуми» Райшину и Комурасаки удавалось продвигаться вперёд, оставаясь незамеченными. Стараясь ни с чем не столкнуться, чтобы эффект магцепи не развеялся, они искали проход вниз.

Тщательно осмотрев квадратный дворец, им удалось выйти во внутренний двор, где за кустами проглядывалось небольшое каменное святилище. За его алтарём, густо оплетённым вьющимися розами, находился проём достаточной ширины, чтобы в него мог протиснуться взрослый человек. Оттуда наряду с сыростью веяло зловонным смрадом. «Вход узкий, но внутри проход заметно шире. Его ещё называют «утробой смерти», так что смотри, не отбрось там коньки», – рассказывал ему Эдмунд перед тем, как их пути разошлись.

Райшин, не колеблясь ни секунды, полез внутрь. Комурасаки проследовала за ним, и они оба оказались в тёмном проходе. Установленные там ловушки, о которых предупреждал Эдмунд, не сработали, подтвердив свои слова о том, что кольцо является «ключом». Райшину было отвратительно от осознания, что в королевском дворце находился тайный проход, в который могли попасть только лидеры «Братства». Ему оставалось только гадать, как давно они обосновались в данном месте.

Продвигаясь всё глубже через темноту, они вскоре достигли самого нижнего уровня, оказавшись в пещере, усеянной сталактитами. Чем дальше они проходили по ней, тем выше становился потолок, пока в конце концов не наткнулись на высокую дверь. У двери их ждала сереброволосая девушка в кимоно.

— Сестрёнка Ирори! — Комурасаки тут же побежала к ней, едва завидев.

Она ожидала, что сестра заключит её в объятия, как обычно это делала, но путь ей преградила возникшая ледяная решётка. Ошеломлённая Комурасаки застыла на месте. Ирори смотрела на неё не привычным заботливым, а холодным взглядом:

— Уходите. Хозяйка не желает вас видеть, — угрожающе произнесла она.

Райшин же, совершенно не обращая внимания на её враждебный настрой, коснулся решётки и с облегчением ответил:

— Как я же я рад, Ирори...

— А?..

— С тобой всё хорошо... Дура, мы за тебя переживали!

— С-сейчас... В этом нет смысла! — опешившая Ирори замотала головой, возвращая себе грозный вид, который едва не развалился. — Я не позволю пройти дальше... Теперь я ваш враг!

— Чего? — приподнял бровь юноша. — Враг? С чего бы?

— Это... Потому что...

— Чтобы ты знала, мы теперь на побегушках у тупого принца. Раз Шоко стала частью «Братства», то я ей не враг, а союзник.

— Что? Это... Правда?

Комурасаки кивнула в подтверждение.

— Зачем вы?.. — голос Ирори сорвался на крик. — Зачем вы пошли на такую глупость?!

— Помощь злодею – небольшая плата за спасение Яи, — ответил ей обыденным тоном Райшин. — Пусть меня отправят хоть в ад, хоть в тюремную камеру посадят – я готов и на это ради её спасения.

Ирори опустила взгляд, а затем закрыла лицо руками, не в силах больше сдерживать нахлынувшие эмоции, став похожей на заблудшего ребёнка. Комурасаки, привыкшая видеть в ней всегда строгую и в то же время заботливую старшую сестру, впервые наблюдала, как Ирори плачет.

Райшин сломал ледяную решётку и подошёл к девушке:

— Позволь нам пройти, Ирори. Мне нужно поговорить с Шоко.

— Нельзя!

Ирори взмахнула рукой, и Райшина окутал холодный туман, как когда-то Шина при их столкновении. Однако Райшин не стал дожидаться, когда его тело заледенеет: укрепив своё тело заклинанием, он выпрыгнул из тумана, перемахнул через Ирори и, развернувшись, протянул к ней правую руку. За его спиной образовалась красная дымка, а из кончиков пальцев вытянулись нити магической энергии. Едва они коснулись шеи Ирори, как она утратила контроль над собственным телом.

— Ты колеблешься. Сейчас даже я могу одолеть тебя в поединке один на один.

Комурасаки оказалась впечатлена тем, что Райшин достиг того уровня, что может победить куклу «Сецугецука» без помощи автоматона. В сравнении с тем, каким он был на момент поступления в академию, юноша сильно вырос над собой.

— Позволь мне встретиться с Шоко, — просил Райшин, — Ирори, чтобы мы могли вернуться назад все вместе.

— Хорошо... — сдалась девушка-автоматон. — Я позову хозяйку.

— Всё же ты предала меня, Ирори.

Услышав голос своей госпожи, Ирори вздрогнула. Из приоткрытой двери вместе с пробившимся из-за неё внутрь пещеры светом к ним вышла прекрасная женщина:

— Я ведь велела тебе не впускать его.

Из-за тусклого освещения её макияж выглядел более броско, чем обычно. На губах Шоко играла её неизменная притягательная улыбка:

— Удивлена, что тебе всё же удалось найти это место, мальчик, — сказала она с лёгким упрёком.

— Я ведь армейский пёс, а у собак очень хороший нюх, — ответил ей Райшин.

— Что ж, что сделано – то сделано. Я тебя прощаю. А теперь ступай домой.

— Уверен, Вы уже и так это прекрасно знаете, но я не отличаюсь особым послушанием.

— Да, пожалуй. Ты ни разу не слушал, что я тебе говорю.

Райшин стиснул зубы, испытывая сложные чувства. В этот момент Комурасаки показалось, что Шоко с лаской посмотрела на него, но то продлилось лишь краткий миг – взгляд женщины стал суровым, как и её голос:

— Как я посмотрю, ты пошёл против «Ассоциации». До чего же глупое решение... Если ты правда хочешь спасти Яю, тебе следовало заручиться их поддержкой.

— Если бы я так поступил, тогда не смог бы больше находиться рядом с Вами.

Его слова лишили Шоко дара речи. Не давая ей шанса прийти в себя, Райшин продолжил:

— Даже собаки ценят проявленную к ним доброту. Тех, кто их приютил, они никогда не забывают.

— Говоришь ты складно, но, к сожалению, твои усилия напрасны, — Шоко улыбнулась и продемонстрировала надетое на палец левой руки кольцо, доказывающее её членство в «Братстве» в качестве «Розы». — Я заняла место «Алой розы» и возвращаться в армию не собираюсь.

Комурасаки морально готовилась к такому исходу с самого начала, но, услышав всё из уст самой Шоко, всё же не смогла сдержать слёз. От мысли, что их хозяйка приняла такое решение, потому что устала от них, ей становилось только тяжелее.

Райшин сжал кулаки и заговорил:

— Я не стану выступать против Вашего решения, Шоко. Но прошу Вас, спасите Яю. Верните её в первоначальное состояние... Умоляю.

Райшин пал перед женщиной ниц. Ирори закатала рукава кимоно и тоже встала перед Шоко на колени:

— Хозяйка, я тоже Вас очень прошу. Пожалуйста...

— Что ты делаешь, Ирори? — спросила женщина.

— Молю Вас, смилуйтесь на Яей!..

— Замолчи!

Шоко дала Ирори сильную пощёчину, из-за чего та упала на землю. Комурасаки пусть и избежала той же участи, но всё равно почувствовала такую же боль, как если бы ударили её, ведь до сих пор Шоко ни разу не поднимала руку ни на одну из сестёр.

Спрятав покрасневшую руку в рукаве своего кимоно, женщина холодно обратилась к Райшину:

— Возвращайся назад, мальчик... И больше не мозоль мне глаза.

— Почему?.. — произнёс он дрожащим голосом. — Почему усилия напрасны?.. Зачем же так говорить?.. Да что ты такое на себя взвалила?!

Шоко оставалась безмолвна и просто наблюдала за потерявшим хладнокровие юношей.

— Скажи мне! Почему ты ничего мне не говоришь?! Почему?..

— Говорить что-либо такому упёртому, как ты, бесполезно. Ирори, — Шоко, устав от Райшина, передала Ирори магическую энергию. — Преподай ему урок. Добейся того, чтобы он сам захотел отсюда убраться.

Не услышав от Ирори ответа, она надавила:

— Вспомни, кто твой хозяин.

— Поняла...

Ирори поднялась с земли и повернулась к Райшину. Её пострадавшая левая щека всё ещё была красной. С бесстрастным лицом она встала в боевую стойку, и температура вокруг неё стала стремительно падать, покрыв сталактиты тонким слоем льда. Передав достаточное количество магической энергии, Шоко произнесла приказным тоном:

— Тсуджи Гороши.

Ирори механически взмахнула рукой. По всей пещере тут же распространился холод, а из стен выросли сосульки, которые затем устремились к Райшину. Всюду, куда они попадали, оставались дыры, вмятины и трещины, но ни одна сосулька не задела юношу.

— Нинджу Гороши! — отдала новый приказ Шоко, оторопев.

Ирори послушно подчинилась, создала массивный ледяной меч и обрушила его на Райшина. Несмотря на то, что этот меч грозился разрубить его надвое, юноша продолжал неподвижно стоять на его пути.

Часть 5

В конце концов Локи смог добраться до Асуры на крыше «Хранилища» академии. Парень стоял там и смотрел на академию сверху вниз, словно дожидался его.

Без своих стен академия была лишь тенью себя прежней. С высоты виднелось множество огней – «Подразделение Машинарта» разбило кучу временных лагерей.

— Теперь, когда стен больше нет, стало как-то просторнее, — заговорил Асура обыденным тоном. — Такая открытость пойдёт академии только на пользу.

— Это твоих рук дело?.. — холодно спросил Локи.

— Что с Хейзел? Убил её?

— Сейчас здесь я вопросы задаю!

Всё ещё стоя к Локи спиной, Асура улыбнулся:

— Мы её разрушили. Это было необходимо.

— Для чего?

— Чтобы освободить академию от власти Рузерфорда.

Асура наконец развернулся к нему. В его угольно-чёрных глазах отразился яркий блеск окружающих огней:

— Академия является частью Великобритании и принадлежит всему миру, а не одному человеку. Её необходимо было освободить от тирании того старика.

— Эта идея принадлежит не тебе, ведь так?..

— Сегодня академию ждёт перерождение. Она вновь станет Королевской Академией.

— Кому ты подчиняешься?! — рявкнул Локи.

Асура снова улыбнулся, но ничего не ответил.

Парень родился в Индии, но сейчас являлся подданным Британии. Он был красноречив, пользовался большим уважением и мало чем уступал Ольге. Тем не менее Локи с трудом верилось, что такой человек оказался замешан во всём этом хаосе, ставящем под угрозу само существование академии.

— Я толерантный человек, если можно так выразиться, но есть в этом мире три вещи, которые я терпеть не могу, — Локи выпустил наружу свою магическую энергию. — Первое, один законченный идиот, что называет идиотом меня – его исправит только могила. Второе, моя старшая неуклюжая сестра-плакса, хотя в последнее время она стала заметно лучше. И третье, — он смерил Асуру суровым взглядом, — того, кто занимается самообманом, присваивая себе чужие идеалы.

Понимая, о ком идёт речь, на лице Асуры возникла тень улыбки, и он вытянул в сторону рядом стоящего Индры руку:

— И что же ты сделаешь с этим человеком?

Локи промолчал и так же, как Асура, вытянул руку к Херувиму.

— Обрати здесь всё в пепел, Индра! — отдал команду своему автоматону Асура.

— Херувим, вращение!

Индра поднял свой клинок вверх, и с его острия в ночное небо сорвался электрический разряд, который вернулся назад множественным ударами молний. Большинство из них летело в Локи, грозясь оставить от него одни угольки, но прежде, чем они достигли парня, на их пути возник вращающийся в форме меча объятый пламенем Херувим. Молнии, огибая его, падали на бетонную крышу.

Асура отскочил, набирая дистанцию:

— Электростатическое экранирование?.. Заземлил посредством плазмы? — вспомнил он уроки физики. — Раз можешь менять направление молниям, следующую мою атаку ты собирался направить обратно в меня, так?

Лицо Локи осталось невозмутимым, хотя внутри он чувствовал досаду. Будучи не до конца уверенным в своём успехе, он решил сперва попробовать свою теорию не практике, но этого оказалось достаточно, чтобы Асура сразу же раскусил его план.

— Чем сильнее затягивается этот бой, тем опаснее становится. Ты ведь парень не промах, — с уважением произнёс Асура.

Они оба улыбнулись, покрывшись потом. Затем Асура передал Индре огромное количество магической энергии, и его чёрные глаза загорелись золотым. Тело Индры испустило яркую вспышку и обратилось в бледно-голубую молнию, которая обвила Асуру, сделав его подобным духу грома. От его человеческого облика не осталось практически ничего: тело стало полупрозрачным, его очертания размывались, испуская треск и искры.

Локи резко прыгнул в сторону, и в то место, где он стоял секунду назад, ударил мощный электрический разряд, а следом раздался оглушительный грохот. Парень сразу же понял, почему Асура не использовал эту способность на Вечере Мудреца. Ему тяжело было контролировать такую мощь: один единственный промах мог прикончить союзника или кого-то из зрителей. Прежде Локи считал Асуру опасным из-за числа его сторонников, но теперь он понял, что заблуждался – парень был силён и без них.

Асура развернулся к нему и выпустил новый разряд. В этот раз он попал в меч, которым Локи успел закрыться. В отличии от прошлого раза, этот разряд не отразился в бетонную крышу или обратно к Асуре – он упрямо давил на меч, проверяя его на прочность.

— Асура... Ты ведь говорил, — крикнул ему Локи, — что мы все – товарищи, которые вместе смогут преодолеть любые невзгоды... И обещал создать новую эру, где слабых не будут угнетать!

— Да, таковы мои убеждения!

— Убеждения? Не неси чушь! Раз ты называешь свои наивные эгоцентричные идеалы убеждениями, так придерживайся их до самого конца!

Увеличив расход магической энергии, Локи увеличил и силу выпускаемого магцепью «Джет» жара. Однако прежде, чем он успел обрушить его на своего противника, Асура неожиданно для него отступил с молниеносной скоростью. Застигнутый врасплох возникшей в результате манёвра ударной волной Локи потерял его из виду. Асура быстро перемещался с одного места на другое, пока наконец не остановился перед ним и не выпустил очередной разряд. Локи не успевал от него увернуться, но на пути у молнии возник Херувим. Мощь принятого удара была столь велика, что должна была пробить броню насквозь, убив при этом и Локи, но у каждого автоматона имелась одна критически важная и устойчивая к магическим атакам точка – «Сердце Евы».

— Херувим! — неосознанно выкрикнул Локи.

Раздробленные части меча разлетелись в разные стороны, а с ними сила удара отбросила и Локи. Прокатившись кубарем по крыше здания, он остановился на самом её краю. В его глазах всё плыло, а раздавшийся голос Асура словно бы доносился откуда-то издалека:

— Всё кончено, «Император меча». Я не хочу тебя убивать, поэтому на этом мы и разойдёмся.

— Стой!..

Локи попытался подняться, слыша удаляющиеся шаги, но тело не слушалось. В это момент в его памяти вспыли последние слова генерала Глендана, которого люди называли героем.

Хотелось бы, чтобы сюда сейчас прибыл мой отряд… Но, к несчастью, этого не произойдёт…

«Так ты говорил о привязанности, да?..» – теперь Локи понимал, что он тогда чувствовал. Всё ещё лёжа на земле, парень стиснул рукоять сломанного меча. Вскоре ему всё же удалось кое-как поднять своё израненное тело и встать на ноги, и тогда Локи направился к тому, что осталось от его напарника.

Верхняя половина тела Херувима лежала без движения, но, когда его хозяин приблизился, глаза автоматона загорелись:

— [ Master… ]

Видя искрящуюся дыру в его груди, Локи склонился над ним.

— [ Master… ] — снова произнёс Херувим, голос которого искажался помехами.

— Да, я здесь.

— [ I… I'm glad to… Meet you… ]

— Так надо было сказать ещё при нашей первой встрече.

Проведя ладонью по его опалённой броне, Локи пробормотал, выдавливая из себя слова:

— Я тоже.

Светящиеся глаза Херувима постепенно тускнели, пока не погасли окончательно, а вместе с тем остановились и все остальные работавшие в его корпусе механизмы.

Произнесённая им фраза не была заложена в его программу – это были первые и последние слова Херувима, которые он сказал по своей собственной воле.

— Спасибо тебе за всё, напарник...

Локи снял с себя испачканную в крови накидку и накрыл ею тело Херувима. Затем он взял один из сломанных клинков своего автоматона и встал. «Я всё ещё могу двигаться, а значит, не должен останавливаться... — думал парень. — Холодно. Это из-за того, что я снял накидку?»

Всё ещё чувствуя прикус крови во рту, Локи заковылял вперёд, волоча за собой клинок.

Часть 6

Ледяной клинок рассыпался на мириады мельчайших снежных крупинок. Находившийся на его пути Райшин остался невредим. Он не предпринимал никаких действий, чтобы защитить себя, в том числе не прибегал в этот раз к технике «Коёкуджин» – Ирори сама развеяла свой ледяной клинок. Голова девушки-автоматона была опущена, а из-за скрывавших её лицо волос было невидно, какое у неё сейчас выражение:

— Почему?.. Почему ты не защищаешься?!..

— Потому что я верю, что ты меня не убьёшь, — ответил юноша.

Ирори подняла голову и слёзно призналась:

— Я не могу этого сделать, хозяйка... Я не могу!

— Вот как... В таком случае, ты мне тоже больше не нужна.

Шоко легко подтолкнула Ирори в спину. Та, пошатнувшись, шагнула вперёд, как из её груди внезапно брызнула кровь, перепачкав кимоно. Райшин рефлекторно бросился к ней, не позволив девушке упасть на землю.

— Рай... шин?.. — проронила Ирори.

В её направленном на юношу взгляде читалось полное непонимание того, что сейчас произошло. Райшин не мог точно определить серьёзность её ранения, однако заметил, что её магообращение было нарушено. По её синему кимоно продолжало расползаться тёмное пятно, а сама девушка едва оставалась в сознании. «Это что... Механизм самоуничтожения?!» – подумал Райшин, пытаясь найти объяснение случившемуся. Как-то ему доводилось слышать, что некоторые кукловоды предпочитают уничтожать своего автоматона, чтобы не позволить ему попасть в руки врага.

— Сестра! Сестра! — в отчаянии кричала Комурасаки, подбежав к Ирори.

В этот момент Шоко одним резким движением вынула пистолет из своего кимоно и выстрелила, целясь в лоб девочки-автоматона. Прежде, чем пуля смогла достичь своей цели, она встретила на своём пути воздвигнутый Райшином барьер. Не веря в происходящее, Комурасаки в ужасе глядела на Шоко влажными от слёз глазами. Шоко перевела свой холодный взгляд с неё на Райшина:

— Повторяю в последний раз. Возвращайся.

— Отказываюсь... Госпожа Шоко, Вы подобрали меня, бродягу, и приютили у себя... Вы помогли мне выжить и дали кров... Я не могу... Не могу вот так просто сдаться!..

Держа тело Ирори в своих дрожащих руках, Райшин доверил его Комурасаки, а сам выпрямился перед Шоко, вытерев слёзы.

— Ну и что ты задумал? — спросила женщина ещё более раздражённым тоном, чем раньше.

— Я уже Вам сказал. Я верну Вас обратно, даже если это придётся сделать силой.

— Ох, мальчик. Не задавался вопросом, почему ты до сих пор жив?

— Что?..

— Похоже, бой с Мудрецом вскружил тебе голову. Вспомни-ка ночь метеоритного дождя. В состоянии ли ты был тогда ходить или хотя бы стоять самостоятельно?

Этот неожиданный вопрос выбил Райшина из колеи. Всякий раз после очередной серьёзной драки Райшин убеждал себя, что, раз он очнулся и мог двигаться, то его раны были не так серьёзны, как юноша считал изначально; что он сам стал сильнее, оттого и перестал обращать на это внимания. Теперь же его вновь заставили усомниться в своей догадке:

— Подождите... Хотите сказать, что причиной случившегося с Яей...

— Силой вернуть меня можешь даже не рассчитывать. Сейчас здесь со мной «Золотая роза», — Шоко перевела взгляд на дверь.

Оттуда из щели, словно чеширский кот, за ними, не сводя своих золотистых глаз, с улыбкой наблюдала девушка на вид пятнадцати-шестнадцати лет. Рядом с ней находился автоматон-лев – запретная кукла, в которую была установлена магцепь «Панта Рей».

Райшин слышал, как тяжко пришлось против неё Локи, Шарл и Хинове, даже объединив свои силы. Поэтому он понимал, что не сможет выстоять в бою, хоть рядом с ним была Комурасаки. Однако он всё равно не желал сдаваться:

— Я смогу победить.

— Да? Какой, однако, смелый мальчуган. Интересненько, — ведьма облизнулась, окинув Райшина оценивающим любопытным взглядом. — Хорошо, бабуля с радостью с тобой поиграет.

— Не нужно... Простите, госпожа «Золотая роза», но с ним разберётся мой телохранитель, — взгляд Шоко устремился ко входу в пещеру за спиной Райшина.

Райшин и Комурасаки вместе оглянулись, и увидели, как к ним непринуждённой походкой приближается мужчина в традиционных японских одеждах. Его кимоно было перепачкано кровью, являясь свидетельством того, что ему пришлось убить немало людей на пути сюда.

Обучавший в прошлом Райшина владению мечом Ундзяку неловко улыбнулся, оценив обстановку:

— Вижу, вы ещё не закончили... Я, как всегда, не вовремя.

— Вы опоздали, господин Ундзяку, — недовольно сказала Шоко.

Ундзяку же обиженно ответил:

— Вы ещё жалуетесь?.. А чего Вы ожидали, когда приходится своего клиента по всему городу искать?

— Прошу прощения за внезапную просьбу, но не могли бы Вы зарубить этого мальчишку? — указала она пальцем на Райшина.

Райшин, побледнев, обратился к своему бывшему учителю:

— Учитель, Вы очень вовремя... Пожалуйста, помогите мне...

Прежде чем юноша успел договорить, его обдал внезапный порыв ветра, а следом пришла и боль. Эта боль сменилась жаром. Только тогда до Райшина наконец дошло, что его ранили. Брызнувшая из его груди кровь оросила сидящую Комурасаки и Ирори, что покоилась в её руках. Пошатнувшись, он рухнул ничком на землю, не в силах что-либо сделать, а его угасающее сознание заполонил страх.

«Придурок, не смей отключаться! – отчитывал он самого себя, стараясь сохранить сознание. — Что станет с Комурасаки, если ты тут вырубишься?! Она же останется тут совсем одна!..»

Послышался звук удаляющихся шагов, в котором смешались сапоги «Золотой розы», гэта Шоко и варадзи Ундзяку. Все они направлялись к двери. Была ли с ними Комурасаки или нет, Райшин не знал. Ему хотелось броситься вдогонку, но тело отказывалось подчиняться.

— Пожалуйста... Постойте!.. — юноша пытался закричать, но смог вытянуть из себя лишь сдавленный хрип.

Тем не менее его едва слышный голос всё же достиг ушей Шоко. Женщина остановилась и, слегка повернув в его сторону голову, произнесла с улыбкой:

— Прощай.

«Проклятье... Вставай... Вставай, чёрт возьми! Если сейчас позволю ей уйти...» – Райшин чувствовал, что больше не сможет увидеть Шоко снова, если не остановит её здесь и сейчас:

— Госпожа Шоко... — взмолился он, собирая последние остатки свои сил. — Пожалуйста... Спасите хотя бы... Яю и её сестёр!..

Эта мольба продолжала звучать и у него в голове, пока Райшин в конце концов не потерял сознание, окончательно лишившись чувств.