Глава 758. Звёздная россыпь

Оказавшись под полным контролем Ли Цие, четверо божественных железных чудовищ подобно безвольным марионеткам бросились в сторону Цао Гояо.

— Прочь отсюда! — взревел Цао Гояо. Его лицо исказилось от ужаса при виде приближающихся монстров, и он истошно закричал уцелевшим ученикам и мастерам своего царства, призывая их бежать.

Но было уже слишком поздно. Едва слова сорвались с его губ, как обладающие запредельной скоростью чудовища врезались в толпу. Ядовитый туман бешено заклубился, в мгновение ока накрывая всё поместье смертоносной пеленой.

Многие сильные ученики царства Алхимии поспешили достать свои эликсиры и духовные лекарства, надеясь нейтрализовать отраву. Снадобья у всех были разными: кому-то удалось сдержать воздействие яда, но другие оказались бессильны. Стоило ядовитой энергии божественных железных чудовищ проникнуть в тело, как округу огласили истошные вопли. Люди падали один за другим, встречая мучительную смерть в ядовитых испарениях.

Цао Гояо, побледнев, немедленно активировал своё алхимическое горнило. Из него хлынули потоки очищающего состава, способного нейтрализовать даже самый лютый яд. Однако, даже если его снадобья и могли справиться с токсинами, против физической мощи монстров они были бесполезны.

Сверкнули холодные вспышки, брызнула алая кровь. Те ученики царства Цао, что не погибли от яда, были один за другим безжалостно растерзаны лезвиями лап четверых божественных железных чудовищ.

Глядя на разворачивающуюся перед ним кровавую расправу, Цао Гояо чувствовал, как его сердце обливается кровью. Те, кто когда-то были его верными защитниками, теперь превратились в палачей, истребляющих его собственный род.

За считаные мгновения божественные железные чудовища перебили почти всех мастеров и учеников в поместье. У несчастных не было ни единого шанса на спасение.

— Какая жалость. Ты не в силах совладать даже с собственными питомцами, — Ли Цие лишь с сочувствием покачал головой.

Покончив с учениками, монстры начали медленно окружать самого Цао Гояо. Лицо алхимика стало мертвенно-бледным. Пусть он и был способен защититься от их яда, но против божественных клинков чудовищ он был бессилен. Ему грозила неминуемая смерть.

— Старший, спасите меня! — в самый критический момент закричал Цао Гояо.

Раздался оглушительный грохот, и в то же мгновение вспыхнула ужасающая аура. Прежде чем кто-либо успел осознать, что произошло, наступавших на алхимика божественных железных чудовищ буквально смело невидимой волной. Мощнейший импульс, подобный силе непобедимого существа, пронёсся по округе, отбрасывая монстров на огромное расстояние.

— Это ещё что такое?.. — почувствовав этот внезапный выброс мощи, многие невольно содрогнулись. Даже Святые Императоры ощутили холодок в груди. Тот, кто обладал подобной аурой, определённо был Великим Мудрецом, причём далеко не заурядным!

Таинственный защитник, отбросив чудовищ, предпочёл не показываться на глаза. Те, кто внимательно следил за боем, внутренне напряглись — теперь всем стало ясно, что последним козырем Цао Гояо были вовсе не ядовитые твари.

Отброшенные монстры вновь попытались броситься в атаку, но Ли Цие вспышкой законов Пути, впечатанных в их тела, мгновенно отозвал их назад.

Он перевёл взгляд на поместье Цао Гояо, его глаза на миг сощурились, а затем он с усмешкой произнёс: — Мы ведь договорились состязаться в искусстве управления насекомыми в рамках Пути Алхимии, не так ли? Что же ты вдруг передумал и сменил правила?

Цао Гояо весь дрожал, его лицо приобрело землистый оттенок, а глаза налились кровью. Ли Цие вырезал столько его учеников, что алхимик был готов заживо сожрать его плоть и выпить кровь до капли.

— Ли Цие, ты сам меня вынудил! Я заставлю тебя обратиться в прах, я развею твой пепел по ветру! — взревел Цао Гояо. Он был готов пойти на всё, лишь бы отомстить.

С этим криком он рывком открыл драгоценную шкатулку. Послышался тихий гул, и из неё вырвались бесчисленные серебристые точки.

— Стой, не делай этого! — раздался из глубины поместья старческий, полный предостережения голос, но было уже поздно. Мириады серебряных искр взметнулись в воздух, мгновенно закрывая собой солнце. Небо над поместьем в одночасье стало серебристым.

Послышался нарастающий гул, а следом за ним — истошные вопли. Серебряные точки устремились вперёд, атакуя в первую очередь ближайших практиков. Крики многих наблюдателей, не успев толком начаться, внезапно обрывались.

В мгновение ока серебристая волна проносилась мимо, и атакованные практики буквально рассыпались пеплом. Это облако, застилающее небо, начало методично зачищать округу. Травы, цветы, деревья, птицы и звери — всё, чего касалась эта серебряная россыпь, в мгновение ока превращалось в прах, разлетающийся по ветру.

За невероятно короткий срок некогда цветущие горы и долины превратились в безжизненную пустыню. Если сравнить эти земли с головой, то теперь они выглядели так, будто по ним прошлись острой бритвой: всё исчезло, повсюду лишь голые камни и прах.

Пожрав всё живое в округе, серебристых точек стало вдвое больше. Казалось, насытившись, они начинали размножаться с невероятной скоростью.

Это зрелище до смерти напугало тех, кто наблюдал за боем издалека. Уцелевшие мастера в панике, не разбирая дороги, бросились назад в город Алхимии, не смея больше и носа высунуть наружу.

— Фаньсин! — в самом городе многие влиятельные фигуры, старые монстры и предки великих орденов, едва завидев это серебристое облако, резко переменились в лицах.

— Это... это же Фаньсин! Звёздная россыпь! — какой-то старый алхимик, наблюдавший за происходящим через Небесное зеркало алтаря Пути, от ужаса повалился на землю, не в силах стоять на ногах.

Фаньсин, "Звёздная россыпь"... Название звучало весьма поэтично, однако те, кто знал истинную природу этого явления, чувствовали, как волосы на их телах встают дыбом.

Одни называли Фаньсин ядовитыми насекомыми, другие — зловещими тварями. На самом деле это были крошечные, едва различимые глазом существа.

Фаньсин — это коллективный разум. Поодиночке эти существа не способны выжить, но в массе своей они лишены яда, оставаясь при этом куда более опасными, чем любая ядовитая тварь.

Этот многомиллионный рой был способен сожрать что угодно. Они мгновенно пронзали любую преграду, превращая её в решето, и за считаные секунды высасывали из живого существа всю жизненную эссенцию. Тот, кто подвергался их атаке, мгновенно рассыпался мелкой пылью.

Более того, насытившись, Фаньсин начинали мгновенно размножаться, и их число росло в геометрической прогрессии.

Если не было способа сдержать этот рой, Фаньсин за кратчайшее время могли стереть с лица земли всё живое. Это было по-настоящему ужасающее зрелище.

Однако Фаньсин встречались крайне редко, и заполучить их было труднее, чем подняться на небеса. Свой рой Цао Гояо выменял у ордена Сотни Насекомых, отдав за него бесценное сокровище категории Беспредельный.

Тогда мастера ордена Сотни Насекомых строго-настрого запретили ему выпускать Фаньсин без крайней нужды, ибо в этом мире почти никто, кроме них самих, не был способен усмирить этот рой!

При виде "Звёздной россыпи" даже предки великих орденов бледнели. Это было воплощение великого бедствия. Если практик не был достаточно силен, чтобы одним ударом уничтожить весь рой целиком, Фаньсин становились в миллионы раз опаснее саранчи. Там, где они проходили, оставался лишь пепел.

— Фаньсин, значит... — Ли Цие, глядя на серебристое небо, на мгновение стал серьёзным.

Послышался гул, и по особому свисту Цао Гояо рой Фаньсин подобно колоссальной волне яростно обрушился на Ли Цие.

— Россыпь идёт! — Даже Юань Цайхэ, будучи одной из четырёх гениальных алхимиков, при виде этой серебристой лавины резко изменилась в лице.

— Сдохни! Сегодня твой последний день! — яростно взревел Цао Гояо. Его лицо исказилось в жестокой гримасе. Своим особым свистом он мог лишь указать рою цель, но не полностью управлять им. Когда количество насекомых превышало определённый предел, они становились абсолютно неуправляемыми.

Выпустить Фаньсин означало, что вернуть их обратно будет уже невозможно!

— Жёлтый Бык! — глядя на приближающуюся серебряную волну, Ли Цие резко выкрикнул имя своего спутника.

Стоило ему позвать, как Жёлтый Вол-Дракон одним прыжком выскочил из внутреннего двора и заслонил собой Ли Цие.

— Му-у-у! — внезапно Жёлтый Вол-Дракон издал оглушительный рёв. Звук его голоса в точности напоминал клич Истинного Дракона. Мощнейшее драконье дыхание смело всё на своём пути, ударив по бесчисленному рою подобно сокрушительному валу.

В то же мгновение небо заполнили серебристые хлопья. Под воздействием этого рёва и колоссального давления драконьего дыхания мириады Фаньсин начали падать вниз, будто пошёл густой серебряный снег.

— Сейчас! — едва рой начал осыпаться, как Ли Цие призвал Бога Десяти Тысяч Горнил. С громким хлопком в небо взметнулось божественное пламя. Бог Десяти Тысяч Горнил, подобно прожорливой пасти, мгновенно поглотил всех падающих насекомых.

Безграничное пламя горнила в один миг превратилось в мириады огненных игл. Каждая такая игла вонзалась в крошечное тельце Фаньсин и мгновенно исчезала внутри. Как только это происходило, на спинках насекомых проступали крошечные руны Пути Алхимии.

Бог Десяти Тысяч Горнил извергал сияние, его руны бешено вращались. Под управлением Ли Цие сила пламени горнила и алхимических знаков начала методично перерабатывать этот бесчисленный рой.

Спустя некоторое время Ли Цие, наконец, отозвал пламя. С тихим свистом из Бога Десяти Тысяч Горнил вырвалось облако Фаньсин, вновь закрывая собой небо.

Когда Ли Цие убрал артефакт, бесчисленные насекомые зависли прямо над его головой, напоминая фрагмент ночного небосвода.

Но теперь они выглядели иначе: в каждом существе пульсировала едва заметная искорка огня. Если раньше рой казался бескрайним серебряным морем, то теперь это море светилось изнутри. Огненные искры переплетались в серебристой мгле, образуя руны Пути, которые сплетались в гигантскую сеть.

Повинуясь воле Ли Цие, рой над его головой начал плавно менять очертания: то он принимал облик величественного великана, то превращался в высокую гору, а то вдруг рассыпался в бесконечное звёздное небо...

Ли Цие управлял Фаньсин с такой непринуждённостью, будто они были его собственными руками. Весь этот смертоносный рой теперь подчинялся каждому его вздоху.

Будучи Тёмным Вороном, Ли Цие вместе с Божественным Лекарем усмирил бесчисленное множество зловещих тварей и ядовитых насекомых, и Фаньсин не были исключением. Сегодня, обладая Богом Десяти Тысяч Горнил и помощью Жёлтого Вола-Дракона, подчинить этот рой для него было проще простого.

— Нет... этого не может быть! — Цао Гояо бессильно рухнул на землю, с неописуемым ужасом и неверием взирая на происходящее.

Он сам не мог контролировать Фаньсин после того, как выпускал их. Даже в ордене Сотни Насекомых лишь трое старейшин были способны по-настоящему управлять этим роем.

И вот теперь Ли Цие с такой лёгкостью подчинил их себе и управлял ими по собственной воле. Его мастерство в этом деле превосходило способности любого предка из ордена Сотни Насекомых!